6 лет назад Алину сбила машина. Несколько месяцев девочка провела под ИВЛ, перенесла трепанацию черепа и операцию по установке пластин, шунта и гастростомы. Сегодня она по часу стоит в вертикализаторе, сидит в коляске, может вытянуть ноги и перевернуться на бок. А у ее родителей есть цель – научить дочку обходиться без них. Для этого необходимо продолжить реабилитацию в центре «Сакура».
Дата помощи: 30.07.2022
Чем помогли: 200 160 рублей на оплату курса реабилитации
Благодарим за поддержку платформу Добро Mail.ru!
Темиркаевы 6 лет ждут, когда к ним вернется дочка Алина. Прежняя – правильная, серьезная, рассудительная, какая была до аварии. Алину сбила на перекрестке машина, когда она шла домой после уроков. Время замерло в той точке. Начался отсчет новой жизни.
За шесть лет Алина успела бы закончить школу и уже доучивалась, наверное, в своем медицинском. Она обязательно поступила бы! Стать врачом – ее детская мечта, к которой шла твердо и уверенно, заставив все полки книгами по анатомии и биологии, зачитывая до дыр советскую медицинскую энциклопедию. Какая бы она была сейчас? Возможно, познакомила бы родителей с будущим мужем, планировала бы детей.
Сложно об этом не думать, кормя Алину из ложечки протертым супом, разминая ее пальчики, расчесывая поредевшие от нескольких лет лежания на подушке пряди. В морозилке для нее, как в детстве, припрятано любимое лакомство – пломбир.
«Мам, на улице дождь, посижу немножко с тобой», — это последние слова, которые Алина сказала своей маме, педагогу начальных классов Лилии Темиркаевой, в учительской 6 лет назад. Теперь Алина молчит – задет участок мозга, отвечающий за речь. Она разговаривает с родителями одними глазами и улыбкой. Пусть так, главное – живая.
После аварии врачи зафиксировали у школьницы сдавленные переломы височной части, открытую черепно-мозговую травму, перелом челюсти и ключицы. Следующие месяцы она провела, не приходя в себя, под ИВЛ. В районной больнице Алине успели сделать трепанацию без ошибок и промедления, а через 2,5 месяца в череп девочке (там, где свезло от удара косточки) хирурги из клиники Рошаля поставили пластины, еще установили шунт и гастростому. Лилия уволилась из школы и стала для дочки реабилитологом.
Каждый день они с мужем выкладывают Алину на живот. Дочь лежит на коврике с упором на локти, приподняв голову и удерживая ее изо всех сил. Младшая сестра засекает время. Минута, две, пять. Алина идет на рекорд. В семье Термиркаевых давно нет выходных и праздников, но очень много рекордов. Алина вышла из комы, вспомнила, как дышать и смеяться. Она по часу стоит в вертикализаторе, который отец собрал для нее собственными руками, и сидит в коляске. Еще может вытянуть ноги и перевернуться на бок.
У ее родителей есть цель – научить дочку обходиться без них. Лилия хочет жить без страха, что однажды их с отцом не станет и об Алине некому будет позаботиться. Она пытается сделать все, чтобы дочка стала максимально самостоятельной: могла добраться до туалета, разогреть суп, умыться. Для этого необходимо продолжить реабилитацию в центре «Сакура». Откладывать поездку немыслимо. Как немыслимо не целовать по утрам руки, не гладить пушистую макушку, не подбадривать, не любить.
Мы с вами можем помочь.
У Юли сколиоз грудопоясничного отдела позвоночника IV степени. Болезнь генетическая, консервативное лечение не помогает. Единственный шанс раз и навсегда избавиться от боли и неудобств – операция с использованием металлоконструкции. Но необходимая Юле спинальная система не оплачивается по ОМС.
Кира уже жалуется на головные боли, а дальше будет только хуже. Всему виной сросшийся раньше времени саггитальный шов. Головной мозг ребенка испытывает дефицит внутричерепного пространства. Без операции девочку ждут проблемы со зрением и слухом, скачки давления и даже отставание в развитии.
О том, что с Тимуром что-то не так, стало понятно еще во время беременности, на втором УЗИ. Амниотические тяжи (соединительные нити, натянутые между стенками матки) пережали левую ручку, пошел некроз, затем внутриутробная ампутация ниже локтя. Для полноценного развития мальчику необходим протез.
У Аиши редкое заболевание — синдром Зульцера-Вилсона, которое характеризуется отсутствием нервной ткани в толстой кишке. Девочка перенесла несколько операций на кишечнике и теперь питается внутривенно. Ей требуются постоянное парентеральное и энтеральное питание, инфузионная терапия, расходные материалы для ухода за катетером.
У Егора редкий синдром Мёбиуса. Его лицо полностью обездвижено и лишено мимики. Из-за атрофии мышц и неумения моргать ухудшается зрение, плохо формируется речь и часто возникают проблемы с прикусом и зубами. Сегодня этим редким пациентам врачи успешно возвращают мимику. Две уникальные операции по пересадке нервов и мышц, взятых из ноги ребенка, долгая поэтапная реабилитация — и на первых школьных фото Егор уже точно будет улыбаться.
Вы можете помочь ещё больше! Расскажите друзьям о нас!
Вернуться на главную