Раз в год Бэлла Маслова должна посещать кардиолога. Ей уже 18, к врачу она приходит одна, без мамы. Просто плановый контроль. Это все, что напоминает о прошедшей операции, на которую мы с вами собирали средства. И Настя, которая уже не сразу вспомнит, в каком году это было, отпускает дочку к врачу с легким сердцем. Знает — отныне с сердцем Бэллы все в порядке.
«Ребенок. Операция. Сердце, — говорит мама Настя. — Представляете, что эти три слова для меня значили в тот момент, когда нам на обычной диспансеризации сказали, что у Бэллы дефект межпредсердной перегородки — буквально дырочка! И нужно срочное хирургическое вмешательство. Я тогда сама как будто дышать перестала …»
А до этого задыхаться начала ее Бэлла. Спортсменка, бегунья («Когда привела ее в 7 лет на отбор в легкую атлетику, тренер мне сразу сказала: “Наша девочка, я вам ее обратно не отдам!”»), Бэлла ставила рекорд за рекордом — на короткой дистанции. А вот на длинной — никак. Как заколдованная. Бежит 500 метров — и падает. Настя никак не могла понять, почему. И только когда дочери поставили диагноз, стало очевидно: свои рекорды Бэлла ставила чудом, на грани, на волоске. Никакой легкой атлетики. Никакой даже физкультуры в школе. Только срочная операция.
Операцию Масловым предложили такую: разрезать грудину, остановить сердце, все починить и только после этого запустить его снова.
Был еще альтернативный вариант, как узнала Настя: без разрезов и остановки, просто через артерию подвести специальный прибор — окклюдер, такую «сеточку», — к сердцу, где он раскроется в нужном месте и закроет «дырочку». Операцию сделали бы по квоте. В следующем году. Если бы Бэлла дожила.
Масловы ждать не стали. Мы с вами помогли. И Бэлле сделали эту «чудесную операцию», как говорит Настя, вовремя.
«Потом уже хирург показал нам видеозапись, как все проходило. Как запускали окклюдер по артерии, как он расправлялся в сердце… Тогда-то Бэлла и заговорила о том, что хочет стать врачом».
В спорт девочка не вернулась: прошел необходимый год охранительного режима, ушла на пенсию любимая тренер, а у самой Бэллы «загорелось» другое важное увлечение в жизни — хим-био. Эти предметы она сейчас грызет, можно сказать, до хруста. 11 класс, через пару месяцев — экзамены. Тоже марафон, тоже дистанция. Школа, онлайн-занятия, домашка — Бэлла головы не поднимает от тетрадок. Но забеги научили ее главному — дисциплине и выдержке. И Настя спокойна — дочь осилит и этот забег. Тем более что, как говорит мама, «девчонка получилась на славу!»
«Мы с ней очень близки. Бэлла всегда придет, поделится, если какой-то конфликт в школе или с подружками поссорилась, выслушает мои советы. Так и переходный возраст мы прошли легко. Потом подруги пугали меня: вот исполнится ей 18, начнет гулять по ночам — слез не оберешься. Но с Бэллой не так. Гуляет она максимум до 11 (с девчонками то в кино, то в кафе, то на квест), со своим парнем ходит в театры… Хороший человек!»
Худенькая, стройная, уже без синяков под глазами. Бэлла — великая аккуратистка: «У нее в комнате можно хирургию разворачивать!» До гонки с экзаменами она еще и работала. То расписывала на продажу сувениры, которые бойко шли у них на знаменитой Йошкар-Олинской набережной, то протеиновые коктейли смешивала в спортзале, куда иногда ходит с мамой, то помогала той, когда у Насти был свой магазинчик на маркетплейсе — маркировать товар… У мамы легко за дочку на сердце. А Бэллино — бьется, как у здорового человека.
Здорового, хорошего, счастливого.
Фото: Екатерина Егошина
Вы можете помочь ещё больше! Расскажите друзьям о нас!
