Софья Пантурова

Стежок, стежок — и ушко

Врачи не вернут Соне слух, но мы можем купить ей слуховые аппараты!

Как так получилось — сложно понять. Десять лет назад родилась в семье Анатолия и Екатерины Пантуровых из Кулебак совершенно здоровая девчоночка. «Без изъянов»: гиперактивная, ураган, живчик. А после отита, который у многих детей случается и обычно проходит без последствий, вдруг начала терять слух.

Соня глохла стремительно, необратимо. Косточки в ее среднем ушке начали гнить, но боли не было, поэтому и осложнения заметили не сразу. Сначала перестала слышать стрекот маминой швейной машинки, потом — голоса. «Прихожу в садик, а там нянечка ее за плечо дергает. Я возмутилась, а мне говорят: «Так Соня  не реагирует, каждый раз приходится к ней подходить».

Соня успела пойти в обычную школу, но теперь, если не восстановить ей слух, вряд ли ее закончит. Третья степень тугоухости, даже громкоголосая мама Катя не докричится.

«Раньше я разбиралась в швейных стежках, а теперь вот еще и в хирургических», — говорит она, присылая Сонины фото, на которых шрам за ушком, с торчащими нитками.

До марта у Екатерины была своя мастерская по ремонту и пошиву одежды. Она, конструктор-модельер, окончившая техникум с красным дипломом, могла бы работать в Москве, но променяла столичную карьеру на другую — многодетной мамы. Старшему Захару уже четырнадцать, Соне — десять, Тихону исполнилось пять. Муж работает на заводе, а она — самозанятая, но временно безработная, потому что мастерская пока закрыта: спасение Сони отнимает сейчас почти все время.

«Вот говорю с вами по телефону и смотрю на коробки, которые перевезла домой: у меня оборудование, купила его на «подъемные» от государства деньги. Но аренда дорогая, помещение пришлось оставить. Вот только Соню бы вытащить — и я бы снова работала».

Соня в маму, рукодельная: с 4 класса легко справляется с оверлоком и производственной машинкой. А до этого шила ручными стежками мягкие игрушки по выкройкам. Только просит у Тихона: «Динозавра хочешь?» — и динозавр готов. Недавно она сшила себе сумочку для телефона, утащив лучший кусок кожи из материнских запасов, сама поставила заклепки специальной машинкой. А еще сострочила летний топик. Так что  Соня в будущем без профессии не останется. Но за это родители и не боятся. Они боятся другого: что однажды им придется учить язык жестов.

В Нижнем Новгороде после трех операций, включая шунтирование, врачи вызвали Екатерину: «У девочки в ухе холестеотома. Говоря проще, гниение косточек. Вам надо в Москву». У Сони тогда даже барабанных перепонок не осталось — просто дырочки.

В столице ей сделали еще семь операций. Каждый раз откачивали гной, восстанавливали перепонки (а еще поставили протезик в левое ушко вместо сгнившей косточки) и возвращали временно слышащую дочь родителям. Ненадолго. До первого ОРВИ или гриппа, а потом опять все по кругу: Москва, операция, свежие швы. Катя даже предложила дочке сделать такую стрижку, чтоб хирургам было удобнее и ушки «не потели».

После последней операции слух к Соне не вернулся, но врачи сказали: воспалительный процесс остановлен, теперь необходимо слухопротезирование, чтобы сохранить то, что есть. Иначе третья степень тугоухости обернется полной глухотой.

Самое удивительное в этой борьбе за слух, что у Сони раньше никогда не было слуховых аппаратов. По ОМС предлагали те, что крепятся к уху, а девочке такие категорически нельзя, нужны только на мягком бандаже.

Соня уже была на примерке аппаратов костной проводимости. Сурдолог отошел от нее подальше и тихо произнес несколько слов, а она впервые за последние годы правильно за ним повторила. Потом бросилась врачу на шею: «Что это было?» «Вот так ты должна слышать». «А так бывает?»

Без хороших цифровых аппаратов Соня вынуждена по десять раз переспрашивать одно и то же, а речь сразу становится невнятной. «В школу больше не хочу», — сказала она недавно Кате.

«Она же на уроке почти ничего не слышит. Но раньше хотя бы была отдушина — секции… После того как на уроке физкультуры дочке в голову попал мяч, и у нее вылетел шунт, хореограф сказал, что даже на кружок танцев лучше не ходить: все-таки русские народные танцы быстрые, с элементами гимнастики. Записались на теннис, но тут очередная госпитализация».

Потому Соне из всех любимых развлечений остались рисунки по номерам и шитье. У нее как раз лежит в коробке недошитый Чебурашка. С ним Соня справится, когда закончатся ее мытарства. Там дел-то на полчаса: раз стежок, два стежок — и готово ушко. Вот и с Сониными ушами все было бы так же просто.

Давайте поможем. Раз смс, два смс — и Соня снова слышит.

Мнение эксперта

Ведущий клинико-технический специалист ООО «Исток Аудио Мед» Рубинштейн Станислав Дмитриевич:

У Софьи нарушение слуха вследствие перенесенного гнойного отита, осложненного холестеатомами. У девочки развилась двусторонняя кондуктивная тугоухость и для восстановления слуха необходимы слуховые аппараты костной проводимости, средней мощности на мягком бандаже. Рекомендуется ношение аппаратов на оба уха для лучшего развития речи и слуха.

Фото: Горшкова Александра

* В сумму сбора также включены 10% на оплату работы специалистов, которые постоянно находятся на связи, координируют весь процесс помощи и поддерживают подопечных фонда.