Виктория Костина

Вике нужны наши сердечки

Ирина не хочет показывать свежие Викины фото. Мечтает поскорее стереть их из памяти телефона, и из своей тоже. А пока узнает про операцию. Расправить вдавленный – от надбровной дуги и выше – лоб девочки можно с помощью специальной пластины.

За последние полгода Вика дважды умирала и воскресала. Еще в июне строила планы, выкладывала посты в интернет. Она как раз завалила экзамены и чуть не осталась в девятом классе на второй год, но не расстроилась ни капельки. «Сдам в августе, закончу девятилетку и пойду учиться на визажиста», — сказала маме. А пока – лето, отдых, друзья, километры роликов в тик-токе и сотни лайков. Она снимала видео, кажется, каждую минуту: на лестнице, на улице, в школе. И маме проще было присматривать со стороны за своей маленькой взрослеющей бунтаркой.

«Она ведь совсем еще ребенок. Даже влюбиться в первый раз не успела, я-то знаю», — говорит Ирина.

С 23 июля новых постов нет. Вика отправилась с друзьями в Подмосковье и попала в аварию. Ей тогда досталось больше других: перелом руки и ноги, а еще сильнейшая черепно-мозговая травма. Хирурги в больнице Видного вытащили провалившиеся в череп осколки лобной косточки, сшили сосуды. Через две недели, проведенных в медикаментозной коме, Вика увидела свое отражение на экране телефона. Выбритая макушка, глазища на осунувшемся лице. Не узнать.

«Да я и сама не узнала дочку, когда впервые вошла в палату люберецкой больницы, куда Вику бортом санавиации доставили на следующий после операции день. Радовалась тогда, что позвоночник не пострадал. Только голова…»

У Ирины дома еще трое девчонок. Алине 21, работает в магазине замдиректора, Женечка и Ангелина совсем маленькие, даже в школу не ходят. Вернуться на работу продавцом-кассиром («Только-только собиралась из последнего декрета выходить») она не сможет. Дело в том, что авария стала не самой страшной бедой, приключившейся с Викой.

Когда она наконец-то оклемалась – в животе трубочка для кормления, в горле трубочка для дыхания – и начала узнавать маму, говорить тихо «привет», приподниматься на локтях и писать на планшете, что хочет суп с курицей («Она даже пин-код от мобильного вспомнила») – произошло то, что понять и объяснить невозможно. У Вики забилась трахеостома (трубка, через которую воздух попадает в легкие).

«Я еще в пятницу заметила, что дочка сопит, будто ей тяжело дышать, и уснуть не может. Трубочку прочищали, но, наверное, недостаточно хорошо. Мне лишь повторяли: «Мамочка, у ребенка серьезная черепно-мозговая травма, учите дочь дышать». А как учить? В понедельник утром поняла, что у нее нет пульса, была зафиксирована клиническая смерть».

Вика провела без кислорода 15 минут. И снова выкарабкалась. Только на этот раз с большими потерями – сильно пострадал мозг. Теперь реабилитологи учат ее шевелить пальчиками и надеются посадить в инвалидное кресло, чтоб мама могла вывезти дочь на прогулку.

«Дай пять», — говорит приходящий к Вике в палату логопед. Она пытается оторвать руку, будто склеенную с туловищем, протянуть ее ладошкой вперед. Скоро получится.

Вика, улыбнись! Вика, отрой рот! Вика, покажи язык! Все слышит, все понимает и очень старается. Каждый день Ирина сама санирует трубочку в горле дочки (ее этому обучили сразу после случившегося) и разминает ее руки-ноги. ЛФК и массаж дают результаты, но дело пойдет быстрее, когда Вике «сделают» голову. Пока часть мозга не защищена, не прикрыта. Вика стала метеочувствительна, и каждое утро для мамы начинается с изучения прогноза погоды и мониторинга предстоящих магнитных бурь. Прыгнет ли внутричерепное давление, будет ли ее Вика плакать внутри себя от боли, такой сильной, что однажды она накричала себе отек мозга и попала в реанимацию.

Когда пластину поставят, и Ира очистит память телефона от болезненных воспоминаний, она заберет Вику домой, к сестрам. Будет знакомить их заново, ведь Женя с Ангелиной совсем маленькие и еще не понимают: их Вика теперь другая. Не звезда тик-тока, а маленький герой, дважды возвращавшийся к маме.

Ей теперь нужны не лайки, а наши смс на короткий номер. От них зависит очень и очень много. Не в виртуальной, а в реальной жизни. Будем добрее. Отдадим Вике наши сердечки.

Мнение эксперта

Рещиков Дмитрий Александрович, врач-нейрохирург, РДКБ, г. Москва:

Ребёнок получил тяжелую сочетанную травму, в том числе черепно-мозговую в результате ДТП. Виктории по месту жительства в больнице удалили гематому головного мозга, в результате у неё имеется дефект костей свода черепа в лобно-теменно-височной области, отсутствует верхний край орбиты. Для того, чтобы закрыть дефект (часть мозгового вещества сейчас зияет) необходима операция — краниопластика с помощью титановой пластины. Она изготавливается индивидуально и её стоимость не покрывается в рамках госгарантий.

* В сумму сбора также включены 10% на оплату работы специалистов, которые постоянно находятся на связи, координируют весь процесс помощи и поддерживают подопечных фонда.