Мама Саши Таня даже плакала, когда дочь принесли ей в палату после реанимации. С одной стороны – от счастья, что все позади, а с другой – от неузнавания. Ее девочка, родившаяся с аномалией развития лицевого скелета, выглядела… совсем иначе, чем до операции, на которую мы с вами собирали средства.
«Было очень тяжело, но оно прошло, мы справились благодаря вам, и сейчас только всплывает обрывками воспоминаний…» – признается Таня. Держать Сашу на ручках – не больше трех минут. Класть – только на бочок с повернутой головкой. Кормить – через зонд. Иначе Саша бы задохнулась.
…У себя дома, в Набережных Челнах, с Сашей Коруняк, появившейся на свет с экстремально маленькой нижней челюстью, поделать ничего не могли, на реанимобиле ее доставили в Москву. Папа свою третью, новорожденную, дочку даже не увидел. Как не увидели Сашу и обе старшие сестры. И еще целых три месяца мама с Сашей лежали в больнице: их не могли выписать домой, потому что там Саша бы просто умерла. Чтобы не остаться в больнице навсегда, нужна была операция по дистракции (расширению) нижней челюсти. Время в Сашиной палате было вязким, тянулось до бесконечности – ведь Коруняк не знали, в какой момент придет помощь и сколько еще нужно будет ждать.
Но помощь пришла. Из ваших рук.
Сашу прооперировали: имплантировали специальные аппараты – дистракторы, которые по 1 мм в сутки (на такое расстояние врачи подкручивали винтики) выдвигали челюсть вперед. И уже через две недели, когда Сашу отдали маме из реанимации, Таня ревела: Сашу как подменили! «Как будто это была не моя дочь, а совершенно два разных ребенка! – вспоминает Таня эти первые минуты после встречи с Сашей. – Изменения серьезные, колоссальные!» Минуты, когда было так радостно и так страшно. Но все быстро прошло. И у Тани, которая уже и не представляла, что ее Саша может выглядеть как-то иначе, чем девочкой с правильными чертами лица, красивым округлым подбородком и глазами, которые больше не выпирали из глазниц. И у Саши, которая быстро, «как по учебнику», восстанавливалась, уже спокойно сама пила из бутылочки (и даже наела себе круглые младенческие щечки), лежала, не задыхаясь, и на животе, и на спине и вскоре была готова наконец отправиться домой. «А я все не могла натискаться со всех сторон, ведь раньше держать Сашу можно было только в одном положении – «тигр на ветке»!»
Таня честно признается: муж Володя, остававшийся с двумя старшими детьми, за время тревог, пока Саша с мамой были в больнице, «похудел, постарел, поседел». Зато Сашка отплатила сторицей за долгое ожидание: «Сейчас никому она так не радуется, как отцу, как будто это он ее родил!» – улыбается Таня, пока Саша тянется за маминым телефоном, лишь бы там возникло папино лицо по видеосвязи, и расстраивается, когда на экране – пустота. В день возвращения руки тряслись у всех, папа плакал, а старшие девочки даже не кинулись к маме, а сразу стали распеленывать кулек с младшей сестрой. «Теперь они – мои главные помощницы: таскают Сашу на руках, помогают купать и гулять».
Сейчас Саша развивается, как все обычные дети. Ползает и стоит с опорой, ест прикорм (каши, мясо кусочками и печенье) и входит в график прививок. Девчонка растет активной («Фигаро тут, Фигаро там»), но самой спокойной из всех детей Коруняк: «Если старшие у меня росли непоседливыми, то Саша – очень усидчивая!» Она – человек самодостаточный, сама себя занимает, любит одна ковыряться в своих игрушках, пританцовывать под музыку, хорошо попадая в такт, обожает играть в «ладушки»…
«Мы так счастливы, что все вы есть, откликнулись и помогли», – говорит Таня за всю семью Коруняк. За здоровую Сашу, за усталого папу и за двух старших дочерей.
Теперь – время жить.
Фото: Зухра Атнашева
Вы можете помочь ещё больше! Расскажите друзьям о нас!
