Владимир Давыдов

Перевернуть обратно Вовкин мир

У кого какие планы на это лето, а Давыдовы вот, например, надеются на операцию для сына по вживлению кардиомонитора. Чтобы выяснить: от чего их Вовке при любом стрессе (даже в школе или у зубного) становится плохо — вплоть до эпилептических приступов. Без этого знания никак не найти лечение и можно пропустить опасную сердечную патологию. 

Подкосил Вову Давыдова тот самый ковид. Был здоровый, активный, веселый мальчишка. Пока по дороге домой с южного моря, прямо в поезде, у Вовы не подскочила высокая температура и не начались судороги. Парня тогда вместе с бабушкой и дедушкой сняли с поезда, положили в больницу. С тех пор у Вовы начались частые головные боли. А через год — еще один приступ. И еще через год — третий. Вовка уже шутит сквозь слезы: «Пора устанавливать красный день календаря, раз в год — приступ!»

Родители обошли с ним местных, копейских и челябинских врачей, дошли до Москвы в поисках ответа на вопрос: что же происходит и что делать. А в Москве семью огорошили: у мальчика — подозрение на серьезнейшее генетическое кардиозаболевание —синдром Бругада, опасное тем, что в любой момент может произойти остановка сердца.

Давыдовы перешли на домашнее обучение, ведь в школе у Вовы часто начинались «маленькие» приступы на фоне нервов: тошнота, головная боль… Мама уволилась с работы, чтобы быть с сыном. Но помимо ежесекундного страха за Вовку после обследования в Москве у Давыдовых появилась цель: провести, как рекомендовали кардиологи, имплантацию кардиомонитора. Это небольшой, размером с флешку, приборчик, который круглосуточно регистрирует данные кардиограммы и передает их напрямую врачу. Как только кардиолог отследит на ней значимое событие (желудочковую тахикардию) и сможет сделать вывод о природе Вовкиных состояний, то станет понятным дальнейший план. Если опасный синдром подтвердится, то мальчику имплантируют кардиодефибриллятор, который будет спасать его от внезапных остановок сердца. И тогда —  живи и радуйся.

Радоваться прямо сейчас (хотя лето, каникулы!) у Вовы не получается. «Страх записался у него на подкорку», — говорит мама Олеся. Вова боится снова внезапно упасть в судорогах, злится на судьбу: «Ну почему именно со мной такое происходит?!». Давыдовы переживают, что сын стал раздражительным и нервным, не выходит из дома. Это их Вовка-то, у которого раньше были и музыкалка с барабанами, и секция каратэ, и кружок робототехники, и прогулки с друзьями.

А сейчас мама боится оставлять его одного дома, даже пока добежит до церкви на службу: «Последние месяцы только там спасаюсь от страшных мыслей, хоть какую-то нахожу опору…». Папа, инженер, часто в командировках, но тем не менее Давыдовы этот мучительный этап страха и неизвестности проживают втроем — друг за дружку держась. Им бы найти помощь с кардиомонитором, получить бы еще одну точку опоры — и тогда врачи перевернут весь Вовкин мир. Обратно, в устойчивое состояние. Давайте им поможем!

Фото: Виктория Стыньчук